Теоретические аспекты информальной юстиции
Маклашов В.В.
Санкт-Петербург, 2020
Автореферат статьи.
Информальная юстиция помогает существующим формальным юридическим практикам стать более эффективными и справедливыми. Использование идеи информального права, информальной юстиции, является перспективным направлением для совершенствования теории права и правоприменения во всех государствах мира. Мы впервые в истории человечества можем повлиять на сам процесс социального отбора в гуманную сторону, исключить летальные, кровавые, криминальные, явления из истории последующего развития нашей цивилизации.
Информальная юстиция - совокупность участников (правительственных, неправительственных правовых и иных организаций, экспертов и граждан), рассматривающих, обсуждающих и оценивающих субъектов нарушения права и нравственности.
Основной метод информальной юстиции - дискурсивно-оценочный метод.
Научная основа информальной юстиции – субъектология.
Задача информальной юстиции - восстановление баланса справедливости для потерпевшего гражданина (организации).
Ключевые слова: юридическая наука, формальное, неформальное, информальное право, информальная юстиция, дискурсивно-оценочный метод, субъектология.
Theoretical aspects of information justice
Maklashov V.V. St. Petersburg, 2020
The author of the article.
Information justice helps existing formal legal practices become more effective and fair. The use of the idea of information law, information justice, is a promising direction for improving the theory of law and enforcement in all countries of the world. For the first time in the history of mankind, we can influence the process of social selection in a humane way, exclude lethal, bloody, criminal, phenomena from the history of the subsequent development of our civilization.
Information Justice is a set of participants (governmental, non-governmental legal and other organizations, experts and citizens) who consider, discuss and evaluate the subjects of violations of law and morality.
The main method of information justice is a discursive and appraisal method.
The scientific basis of informational justice is subjectology.
The task of information justice is to restore the balance of justice for the injured citizen (organization).
Keywords: legal science, formal, informal, information law, informational justice, discursive-evaluation method, subjectology.
Основное противоречие, решаемое научными исследованиями в области юридической науки, является несоответствие, разрыв положений формального права, юридической науки и практики правоприменения. Этот разрыв может стать серьезной угрозой для юридической науки и источником дискредитации, несостоятельности правовых положений и законов. На решение данного противоречия направлено наше исследование.
Г.В. Мальцев, специалист в области теории права и государства, философии и социологии права, социологии государства, истории политических и правовых учений, конституционного (государственного) права, теории демократии, справедливо замечает, что юридическая мысль, побуждаемая практической необходимостью построить правопорядок на фундаменте как можно более надежных, четких и полных знаний о сущности права, обречена на поиск его определения [8].
Геннадий Васильевич Мальцев
Анализ развития права содержится в работах таких известных российских и западных теоретиков права, как С.С. Алексеев, А.И. Ковлер, Г.В. Мальцев, Г.Дж. Берман, Н. Рулан, О. Тоффлер, А. Швейцер и др.
По замечанию французского философа Поля Рикера в современной философской культуре проблемы права преданы всеобщему забвению: их оставили юристам и судьям. Вопросы правосудия перестали подвергаться философскому рассмотрению, право окончательно стало позитивной наукой, полностью оторванной от морали, нравственности. В результате начал происходить разрыв между теорией права и правоприменительной практикой. В некоторых случаях правоприменение стало полностью противоречить природе, идеалам и ценностям права.
Поль Рикер
Труды Рикёра высоко ценил его давний друг Кароль Войтыла (будущий Папа римский Иоанн Павел II). В последние годы жизни Поль Рикёр часто ездил в экуменическую общину брата Роже Шютца в Тэзе, чтобы пережить то, во что верил всем сердцем.
Теоретик права Г. Харт не без оснований предупреждает о негативных последствиях разрыва между правом и моралью. Такой разрыв подрывает стабильность в обществе и государстве [17].
Герберт Харт
Герберт Харт — английский философ и теоретик права, заведующий кафедрой юриспруденции Оксфордского университета. Считался одним из наиболее видных представителей аналитической теории права и юридического позитивизма. Наиболее известная работа Г. Харта — The Concept of Law (1961).
Н. Боббио также полагает, что негативным результатом разрыва права от нравственных ценностей и практики правоприменения создает угрозу гражданскому обществу, ведет к неизбежному росту насилия, жестокости и произвола [18-24].
Норберто Боббио
Норберто Боббио — итальянский философ, историк, политолог, один из крупнейших итальянских интеллектуалов XX в. Представитель течения либерального социализма, восходящего к Карло Росселли.
Ф. Боас пришел к выводу, что условием эффективности права и его способности противостоять силе и принуждению является внутренне убеждение субъекта в правоте действующего права. А это возможно лишь в том случае, продолжал Ф. Боас, если право соответствует социально-психологическим и культурно-историческим устоям общества, исходит их нравственных привычек поведения [25].
Франц Ури Боас
Франц Ури Боас — американский антрополог, лингвист и естествоиспытатель, один из основателей современной антропологии («отец американской антропологии»). Член Национальной академии наук США (1900).
У Платона в диалоге с Калликлом Сократ говорил: «Порядок и слаженность в душе надо называть «законностью» и «законом», через них становятся люди почтительными к законам и порядочными» [26].
Сократ
Сократ — древнегреческий философ, учение которого знаменует поворот в философии — от рассмотрения природы и мира к рассмотрению человека и к собственно философской теории. Его деятельность открыла новое русло в развитии античной философии. Своим методом анализа понятий (майевтика, диалектика) и отождествлением положительных качеств человека с его знаниями он направил внимание философов не только на важное значение человеческой личности, но и на освоение теоретического знания как ведущей формы самостоятельного мышления. Сократа называют первым философом в собственном смысле этого слова. В лице Сократа философствующее мышление впервые обращается к себе самому, исследуя собственные принципы и приёмы.
Право проистекает из бюрократического оформления договоренностей, которые заключались управленческим аппаратом первых империй, возникавших на территориях оседлых народов. Кочевые империи не имели своей бюрократии, поэтому регулирование отношений субъектов там совершалось с помощью устных кодексов и положений, принятых и завещаемых потомкам руководителями кочевых народов. С помощью этих норм старались управлять внутривидовой агрессией, ограничивает ее по отношению к соплеменникам и направлять на другие империи, рассматривая их в качестве добычи и питательной среды [27].
Управление поведением людей на захваченных кочевыми империями территориях происходило при помощи устных правил, которые в дальнейшем переняли империи оседлых народов. По сути, право произошло от военной науки того времени как способ воздействия на поведение покоренных народов, захваченных городов и поселений. Нарушение установленных правил со стороны захваченного населения рассматривалось, оценивалось и каралось военными начальниками кочевых империй.
Когда империи оседлых народов получили преимущества над кочевыми империями, благодаря разным факторам. В первую очередь – невозможность сдерживания прогресса в военной науке и технике, наличие способности договариваться между собой, публично заверять договоренности, прибегая, в том числе, к «освещению» договоров со стороны религиозных организаций, обмениваться родственниками, совершать браки с представителями каждой стороны договора.
Право, оформленное бюрократией, стало развиваться. Была создана юридическая наука.
Юриспруденция (от лат. выражения Juris prudents – «знатоки (мудрецы) права», затем преобразованного в Jurisprudentia – «правоведение», «правовая наука») как относительно самостоятельное знание возникает в Древнем Риме. Произошло выделение правоведения в качестве обособленного вида деятельности. Изучение юриспруденции было привилегией жрецов. Высший жрец, Тиберий Корунканий в 254 г. до н.э. заявил о своем желании преподавать право любому желающему, тогда же он начал проводить публичные лекции.
В I веке н.э. Сабин организовал частное юридическое общество. Там читались лекции, проводились диспуты, обсуждались вопросы права. К IV-V веку н.э. было создано несколько таких школ в крупнейших городах того времени: Афинах, Риме, Бейруте, Александрии, Константинополе, Цезарее. Обучение в этих заведениях длилось 4 года, изучались Институции Гая, сочинения Папиниана и Павла. В 533 г., императором Юстинианом была издана конституция о введении 5-летнего курса обучения с обязательным изучением его Институций, Дигест и Кодекса Юстиниана [33].
Право как социальный институт возникает вместе с первыми государствами. Органы государства становятся основными структурами, контролирующими выполнение правовых предписаний и реализующими в случае их нарушения соответствующие юридические санкции.
Для существования государства стали приниматься общеобязательные правила поведения в виде юридических норм или придавать общеобязательность правовым обычаям, взятым из народных обычаев и традиций. Право стало формой, в которой государство стало выражать свои веления в качестве общеобязательных. С помощью право государство предпринимало попытки управления социальными инстинктами, естественным поведением граждан.
Вековые, проверенные многими поколениями обычаи расценивались как данные свыше, как правильные и справедливые. Наиболее ценные из них были санкционированы государством.
Право исторически возникло как кастовое явление и выражало, прежде всего, волю и интересы экономически господствующей касты, клана, рода. Возникновение права - следствие усложнения социального отбора, связей, обострения противоречий в обществе, внутривидовой конкуренции.
Основными источниками права выступают традиционные, нравственные, религиозные воззрения и нормы (идеи Конфуция в Китае, Законы Ману в Индии, Коран в мусульманских странах, Библия у христиан, Новгородское право и т.п.). В Европе правотворчеством стали заниматься государственные органы, производившие законодательные акты, и судьи, осуществлявшие прецеденты, опираясь на судебное право.
Изучать Древнерусское право можно по работам ректора Киевского университета Иванишева Н.Д., жившего в середине ХIХ века. Иванишев Н.Д. исследовал основные принципы славянского права в сельскохозяйственных общинах Малороссии, изучая многие тома древних актовых книг [34].
Иванишев Николай Дмитриевич
Важную услугу исторической науке Иванишев оказал более чем 20-летней деятельностью в киевской археографической комиссии. Добывая путём сношений и поездок письменные памятники, Иванишев Н.Д. изыскивал способы для лучшего сохранения их, был душой издательской деятельности комиссии и совершил ряд замечательных раскопок. Он принимал участие в образовании в 1852 году Центрального архива при Киевском университете, в котором собрано для хранения 5 582 актовых книги и 454 979 отдельных экземпляров. Под его непосредственным наблюдением изданы комиссией 4 тома «Памятников», 3 тома «Летописи Величка», «Жизнь Курбского», «Летопись Грабянки» и почти все тома (до 1865) «Архива Юго-Западной России». В 1865—1867 годах Иванишев был членом юридической комиссии в Варшаве; настаивал на введении в Польше судебных уставов Империи.
Главные труды его: «Древнее право чехов» («Журнал Министерства Народного Просвещения», т. XXX, 1838); «Об идее личности в древнем праве богемском и скандинавском» (ib., ч. XXXVI, 1841); «О древних сельских общинах в юго-западной Руси» («Русская Беседа», 1857); «Сведения об унии» («Русская Беседа», 1858); «Постановления дворянских провинциальных сеймов в юго-западной России» (Киев, 1860).Историю древнерусского права можно исследовать по книге русского историка Н.П. Павлова-Сильванского (1869- 1908 гг.) «Феодализм в Древней Руси», изданной в конце ХIХ века.
Николай Павлович Павлов-Сильванский, приверженец «арийской» теории происхождения славянской общины, доказал глубокую её древность, показал борьбу князей, бояр с общиной, подчинение общины княжеской и боярской власти. Следы Копного права можно найти в «Правде Русской», письменном своде законов, появившемся на Руси во времена Ярослава Мудрого. Из него мы узнаём о вечевом правлении на Руси. Бытописания казачьих общин, где существовало народное Кошное право, также помогают в исследовании российского права [35].
Николай Павлович Павлов-Сильванский
Копа (купа) – это народное собрание лучших представителей родов и семей – сходатаев, домохозяев, решавших жизненно важные для славянской общины вопросы. У сербов народное собрание и сейчас называется «скупъ», а высшим законодательным органом Сербии является «Народна скупштина (скупщина)». Даже не языковеды и не лингвисты видят, сколь близки по смыслу однокоренные слова «копа», «скопище», «копить», «копна», «совокупность». Другое название копы – «громада», сохранилось поныне в украинском языке и означает оно «общество», «государство».
Участвовали в этих собраниях оседлые домохозяева сходатаи, имевшие собственность, наделы земли, семью и хозяйство. Их называли также «судьями копными», «мужеве», «обчие (общинные) мужи». В Малороссии бытовало название «панове-мужове». Приглашались на копу и люди из трёх селений соседней общины (по одному или два). Назывались они «сторонние», «суграничные» или «соседи околичные». Присутствовали на собрании и старцы. Они не имели права голоса, но их мнение уважалось, к их советам прислушивались. Женщины на народное собрание, как правило, являлись лишь по специальному приглашению для дачи свидетельских показаний.
Собирались сходатаи в центре одного из сёл, входивших в общину, или в дубраве, священной роще под открытым небом. В таких местах всегда были естественный или насыпной холм и река или озеро. Назывались места народных собраний «копищами» или «коповищами». Народ на собрание созывался возжиганием костра или звоном колокола (била).
На копе решались самые разнообразные житейские вопросы – земельные, лесные, сельскохозяйственные, строительные, торговые, уголовные, семейные, бытовые и другие. Народное собрание искало, судило и наказывало преступников, возвращало обиженному отнятое. Здесь поощрялось искреннее публичное раскаяние нарушителя законов и прощение пострадавшим обидчика. Выслушивалась и учитывалась последняя воля наказуемого, прощались смертельно раненные. Сходатаи старались примирять спорящих. Дела общинников разбирались по совести.
Решения копы уважались всеми членами общины и выполнялись беспрекословно. Нарушения Копного права были крайне редки. Если таковые случались, то воспринимались как чрезвычайные происшествия. Каждый, столкнувшись с нарушением народных обычаев, должен был пресечь его. В противном случае такой человек считался соучастником проступка или преступления и наказывался по закону. Для всякого славянина мнение копы было высшим духовно-нравственным ориентиром.
Существенным отличием копы от прочих сходок, проводимых в последующие века собраний, совещаний, конференций и съездов был принцип единогласия. Здесь принимались такие решения, которые устраивали всех присутствующих. В общении друг с другом, славяне формировали и проявляли лучшие свои качества. Они умели договариваться друг с другом и выполнять условия договора благодаря высокой нравственности. Формы принятия решений большинством голосов не существовало.
На собрании устанавливалась круговая порука, то есть вся община отвечала за проступки своих членов, а также ручалась за безопасность жизни и имущества как своих общинников, так и пришлых. Благодаря Копному праву в славянских общинах была высокая рождаемость, население быстро восстанавливалось после войн и эпидемий, воспитывались воины-патриоты, поддерживалась экология поселений и их окрестностей, охранялись и восстанавливались леса.
На копе при бурном и эмоциональном обсуждении проблем и вопросов проявлялись лучшие качества славян – правдивость, искренность, честность, бескорыстие, прямота, храбрость и благородство. Собрания принимали форму публичной исповеди, души людей очищались от корысти, зависти, иных индивидуальных пороков. Общественные интересы ставились выше личных, устанавливалась справедливость. Дела и поступки общинников подвергались строгому контролю. Для многих славян копа была школой жизни и институтом нравственности, естественным правом.
Дальнейшее развитие права в истории России связано с формированием российской государственности и подавления общинного уклада жизни. Источником права стала воля князей, бояр, царей, императоров.
300-летнее правление императорского рода Романовых привело к очевидному для населения России расхождению теории права и правоприменительной практики, коррупции и утрате государственности.
Пришедшие 1917 году к власти большевики, коммунисты создали систему советского права.
Сущность советского права: существование человеческого общества невозможно без упорядочения отношений между людьми с помощью правил поведения - социальных норм (норм морали, обычаев и др.). При первобытнообщинном строе, когда не было права, роль регуляторов общественных отношений выполняли обычаи, т. е. социальные нормы, складывавшиеся постепенно от поколения к поколению, соблюдение которых основывалось на религиозных верованиях, привычках. Право также относится к числу социальных норм, однако имеет свои специфические черты. Оно представляет собой совокупность (систему) норм, т. е. правил поведения общего характера, установленных или санкционированных государством в лице его органов. В государственно-организованном обществе право выдвигается на первое место среди социальных норм, так как очень многие стороны жизни человека здесь так или иначе регулируются правовыми нормами.
Право непосредственно связано с государством; оно существует лишь в государственно-организованном обществе, а государство не может обойтись без права, без законов. Как и государство, оно возникает с разделением общества на антагонистические классы и является инструментом классового господства, орудием в руках господствующего класса, используемым для воздействия на общественную жизнь. Право относится к тому же историческому типу, что и государство. Путем правового регулирования закрепляются, охраняются и развиваются те общественные отношения и порядки, которые выгодны господствующему классу, и пресекаются отношения, противоречащие его интересам. Охрана правовых норм от нарушений мерами государственного принуждения составляет специфическую особенность права, отличающую его от других регуляторов поведения людей (норм морали, обычаев). «... Право, - писал В. И. Ленин, - есть ничто без аппарата, способного принуждать к соблюдению норм права». Вместе с государством право образует важнейшую часть надстройки над экономическим базисом [36].
Владимир Ильич Ленин
Право обладает ярко выраженным классово-волевым содержанием. Но это не воля одного лица или коллектива. Оно представляет собой возведенную в закон волю господствующего класса, содержание которой определяется экономическими потребностями этого класса. Раскрывая классовую сущность права, К. Маркс и Ф. Энгельс в «Манифесте Коммунистической партии» писали, обращаясь к буржуазии: «... ваше право есть лишь возведенная в закон воля вашего класса, воля, содержание которой определяется материальными условиями жизни вашего класса» [37].
Карл Маркс и Фридрих Энгельс
После геополитической катастрофы XX века – развала СССР, стала формироваться система российского права [32].
Важнейшим событием для юридической науки России и развития российского права является принятие поправок к Конституции Российской Федерации в 2020 году.
Президент Российской Федерации Путин В.В. в Послании Президента РФ Федеральному Собранию РФ 15 мая 2020 года так определил значение поправок в Конституцию Российской Федерации:
«Первое: Россия может быть и оставаться Россией только как суверенное государство. Суверенитет нашего народа должен быть безусловным. Мы многое сделали для этого: восстановили единство страны, покончили с ситуацией, когда некоторые государственные властные функции были узурпированы фактически олигархическими кланами, Россия вернулась в международную политику как страна, с мнением которой нельзя не считаться.
Мы создали мощные резервы, что кратно повышает устойчивость нашего государства, его способность защитить социальные права граждан, а национальную экономику – от любых попыток внешнего давления.
Действительно, считаю, что пришло время внести в Основной закон страны некоторые изменения, которые прямо гарантируют приоритет Конституции России в нашем правовом пространстве.
Что это означает? Это означает буквально следующее: требования международного законодательства и договоров, а также решения международных органов могут действовать на территории России только в той части, в которой они не влекут за собой ограничения прав и свобод человека и гражданина, не противоречат нашей Конституции.
Второе: предлагаю на конституционном уровне закрепить обязательные требования к лицам, которые занимают должности, критически важные для обеспечения безопасности и суверенитета страны. А именно: главы субъектов Федерации, члены Совета Федерации, депутаты Государственной Думы, Председатель Правительства, его заместители, федеральные министры, руководители иных федеральных органов, а также судьи не могут иметь иностранное гражданство, вид на жительство либо иной документ, который позволяет постоянно проживать на территории другого государства.
Путин Владимир Владимирович
Смысл, миссия государственной службы именно в служении, и человек, который выбирает этот путь, должен прежде всего для себя решить, что он связывает свою жизнь с Россией, с нашим народом, и никак иначе, без всяких полутонов и допущений.
Ещё более жёсткие требования должны предъявляться к лицам, претендующим на должность Президента Российской Федерации. Предлагаю здесь закрепить требование о постоянном проживании на территории России не менее 25 лет, а также отсутствии иностранного гражданства или вида на жительство в другом государстве, причём не только на момент участия в выборах, но и когда бы то ни было ранее.
Знаю также, что в нашем обществе обсуждается конституционное положение о том, что одно и то же лицо не должно занимать должность Президента Российской Федерации более двух сроков подряд. Не считаю, что этот вопрос принципиальный, но согласен с этим.
Уже говорил, что наша задача – обеспечить высокие стандарты жизни, равные возможности для каждого человека, причём на всей территории страны. Именно на достижение такой цели направлены национальные проекты, все наши планы развития.
Вместе с тем, вы знаете, к каким проблемам в образовании, здравоохранении, да и в других сферах приводит разрыв (я уже много раз об этом говорил) между государственным и муниципальным уровнями власти. И такая разделённость, запутанность полномочий прежде всего отрицательно сказывается на людях.
Предусмотренные законодательством общие для всех граждан права, возможности и гарантии в разных регионах и муниципалитетах обеспечиваются по-разному. Это несправедливо по отношению к человеку и несёт прямую угрозу нашему обществу и целостности страны.
Считаю необходимым закрепить в Конституции принципы единой системы публичной власти, выстроить эффективное взаимодействие между государственными и муниципальными органами. При этом полномочия и реальные возможности местного самоуправления – самого близкого к людям уровня власти – могут и должны быть расширены и укреплены.
И конечно, в любом случае, при любой ситуации и на всей территории страны должны исполняться социальные обязательства государства. Поэтому считаю необходимым прямо закрепить в Конституции норму о том, что минимальный размер оплаты труда в России не может быть ниже размера прожиточного минимума трудоспособного населения, у нас это в законе есть, надо закрепить это в Конституции, а также закрепить в Основном законе принципы достойного пенсионного обеспечения, имею в виду здесь и регулярную индексацию пенсий.
Четвёртое. Россия – огромная страна, и у каждого субъекта Федерации есть свои особенности, проблемы, свой опыт. Всё это, безусловно, надо учитывать. Считаю необходимым кардинально повысить роль губернаторов в выработке и принятии решений на федеральном уровне. Вы знаете, в 2000 году по моей инициативе был возрождён Государственный совет, в работе которого участвуют главы всех регионов. За прошедшее время Госсовет показал свою высокую эффективность, его рабочие группы обеспечивают профессиональное, всестороннее и качественное рассмотрение наиболее значимых для граждан и страны вопросов. Считаю целесообразным закрепить в Конституции России соответствующий статус и роль Государственного совета.
Пятое: российское общество становится более зрелым, ответственным, требовательным. Основные политические силы страны, несмотря на всю разницу подходов к решению стоящих перед нами задач, выступают с патриотических позиций, отражают интересы своих сторонников и избирателей.
При этом практически все фракции, представленные в Государственной Думе, – а с их лидерами, вы знаете, мы встречаемся регулярно, – полагают, что Федеральное Собрание готово взять на себя большую ответственность за формирование Правительства. (Аплодисменты.) Это ожидаемые аплодисменты, но я думаю, что сейчас у вас будет возможность ещё раз поаплодировать, дослушайте, что я хочу сказать.
А если взять бóльшую ответственность за формирование Правительства, это значит, взять на себя и бо́льшую ответственность за ту политику, которую это Правительство проводит. Я согласен с такой постановкой вопроса, согласен полностью.
Как обстоит дело сейчас? В соответствии со статьями 111 и 112 Конституции Российской Федерации Президент лишь получает согласие Государственной Думы на назначение Председателя Правительства России, а затем уже сам назначает и главу кабинета, и его заместителей, и всех министров. Предлагаю изменить этот порядок и доверить Государственной Думе не просто согласование, а утверждение кандидатуры Председателя Правительства Российской Федерации, а затем по его представлению – по представлению Председателя Правительства – всех вице-премьеров и федеральных министров. При этом Президент будет обязан назначить их на должность, то есть будет не вправе отклонить утверждённые парламентом кандидатуры соответствующих должностных лиц. (Аплодисменты.)
Всё это уже само по себе очень серьёзные изменения в политической системе. Однако повторю, что с учётом зрелости наших основных политических, партийных объединений, авторитета гражданского общества такие предложения считаю оправданными. Это повысит роль и значение парламента страны, роль и значение Государственной Думы, парламентских партий, самостоятельность и ответственность Председателя Правительства и всех членов кабинета, сделает более эффективным, содержательным взаимодействие между представительной и исполнительной ветвями власти.
При этом, уважаемые коллеги, хочу подчеркнуть следующее, при этом убеждён, что наша страна с её огромной территорией, сложным национально-территориальным устройством, многообразием культурно-исторических традиций не может нормально развиваться, я скажу больше, просто существовать стабильно в форме парламентской республики. Россия должна оставаться сильной президентской республикой. Поэтому за президентом, безусловно, должно сохраняться право определять задачи и приоритеты деятельности Правительства, как и право отстранять от должности Председателя Правительства, его замов и федеральных министров в случае ненадлежащего исполнения обязанностей или в связи с утратой доверия. Также за президентом должно оставаться прямое руководство Вооружёнными Силами и всей правоохранительной системой. Но и в этом случае считаю необходимым сделать ещё один шаг для обеспечения большего баланса между ветвями власти.
В этой связи шестое: предлагаю предусмотреть, что назначение руководителей всех так называемых силовых ведомств президент может проводить по итогам консультаций с Советом Федерации. Считаю, что такой подход сделает работу силовых, правоохранительных органов более прозрачной и в большей степени подотчётной обществу.
Принцип назначения по итогам консультаций с Советом Федерации может быть применён и в отношении прокуроров регионов. Сегодня они назначаются по согласованию с региональным законодательным собранием. Уважаемые коллеги, это может на практике приводить к определённым, в том числе неформальным, обязательствам перед местными властями, а значит, и к рискам потерять объективность и беспристрастность.
Что касается позиции территорий по кандидатуре прокурора в субъектах Федерации, то она может быть учтена в ходе консультаций в Совете Федерации, который как раз и является палатой регионов. У нас не может быть какой-то своей доморощенной законности в одном и в другом регионе, а значит, прокурор – это сквозная верховная власть, следящая за исполнением этих законов вне зависимости ни от каких обстоятельств регионального характера. Убеждён, бóльшая независимость прокуратуры от местных властей, безусловно, в интересах граждан, в каком бы субъекте они ни проживали. Уважаемые коллеги, давайте руководствоваться прежде всего их интересами – интересами наших людей.
И, наконец, седьмое: ключевую роль в обеспечении законности и прав граждан играет судебная система – Конституционный и Верховный Суды. Подчеркну, безусловным должен быть не только профессионализм судей, но и доверие к ним. Справедливость и моральное право принимать решения, затрагивающие судьбы людей, всегда в России имели первостепенное значение. Основной закон должен закреплять и защищать независимость судей, принцип их подчинения только Конституции и федеральному законодательству.
При этом считаю необходимым предусмотреть в Конституции полномочия Совета Федерации по представлению Президента России отрешать от должности судей Конституционного и Верховного Судов в случае совершения ими проступков, порочащих честь и достоинство, а также в иных случаях, предусмотренных федеральным конституционным законом, свидетельствующих о невозможности сохранения лицом статуса судьи. Это предложение делается исходя из сложившейся практики. Этого явно сегодня не хватает.
Кроме того, для повышения качества отечественного законодательства, для надёжной защиты интересов граждан предлагаю усилить роль Конституционного Суда, а именно: наделить его возможностью по запросам Президента проверять конституционность законопроектов, принятых Федеральным Собранием, до их подписания главой государства. Можно подумать и о распространении полномочий Конституционного Суда оценивать на соответствие Конституции не только законы, но и иные нормативно-правовые акты органов государственной власти как федерального, так и регионального уровня.
Уважаемые коллеги, подчеркну, прозвучавшие сегодня предложения, конечно, не ограничивают круг дискуссий вокруг возможных поправок в Конституции. Уверен, что свои идеи выскажут общественные объединения, партии, регионы, юридическое сообщество, граждане страны. Необходимо самое широкое публичное обсуждение. Но, открывая эту дискуссию, хотел бы придать ей определённое направление, как минимум показать, перед какими вызовами мы стоим.
Нельзя забывать, уважаемые коллеги, что стало с нашей страной после 1991 года. После распада Советского Союза у нас остались прежние амбиции, при этом, конечно, сохранился колоссальный потенциал: и человеческий, интеллектуальный, ресурсный, территориальный, культурно-исторический и так далее. Но возникли и угрозы, причём угрозы такого масштаба, о которых никто раньше даже и не задумывался. А жаль, надо было бы подумать в своё время.
Поэтому при дальнейшем государственном строительстве перед нами стоят, казалось бы, прямо противоположные задачи, служат ориентиром ценности, которые могут на первый взгляд представляться несовместимыми. Что имею в виду? Мы должны создать систему прочную, надёжную, неуязвимую и по внешнему контуру абсолютно стабильную, безусловно, гарантирующую России независимость и суверенитет. В то же время систему внутри себя живую, гибкую, легко и своевременно, главное, меняющуюся в связи с тем, что происходит в мире, вокруг нас, а главное, в связи с развитием самого российского общества. Систему, обеспечивающую в том числе сменяемость тех, кто находится у власти или занимает высокое положение в других сферах. Такое обновление – неотъемлемое условие для прогрессивной эволюции общества и пусть не безошибочного, но стабильного развития, когда незыблемым остается главное – интересы России.
Что ещё считаю принципиальным и хотел бы особо подчеркнуть? Поправки, которые нам предстоит обсуждать, не затрагивают фундаментальных основ Конституции, а значит, могут быть утверждены парламентом в рамках действующей процедуры и действующего закона через принятие соответствующих конституционных законов.
Вместе с тем, учитывая, что предложенные новации касаются существенных изменений политической системы, деятельности исполнительной, законодательной, судебной власти, считаю необходимым провести голосование граждан страны по всему пакету предложенных поправок в Конституции Российской Федерации» [38].
Окончательное решение по поправкам принято на всенародном голосовании 01 июля 2020 года.
Президент России Владимир Владимирович Путин считает, что положительный эффект от принятия изменений в Основной Закон страны должны почувствовать все россияне, во всех регионах страны.
«Все, что мы делаем, все пункты государственной политики строятся вокруг человека, направлены на сбережение здоровья, на создание условий для честного труда, для образования, воспитания детей», - сказал Путин В.В. на заседании наблюдательного совета Агентства стратегических инициатив.
«Основные, фундаментальные принципы нашей политики нашли свое отражение и в обновленном тексте Конституции России", - отметил глава государства. "Важно, чтобы нормы Основного Закона получили развитие в каждом субъекте Федерации, в каждом городе, в каждом населенном пункте», - заявил Путин В.В.
«Многое, из того, что заложено в поправках, уже делается. По сути дела, мы в Конституции сегодня только закрепили то, что жизнь сама подняла наверх. Нужно сделать так, чтобы люди чувствовали, видели реальные перемены к лучшему. А это в значительной степени зависит от эффективной, слаженной работы всех субъектов Федерации» [39].
Вместе с тем, современный социально-правовой мир в определенной степени остается неурегулированным или урегулирован неэффективно. Применяемая в современной западной и отечественной науке методология исследования и решения социально-правовых проблем не соответствует их содержанию, которое ризоморфно, динамично, имеет нестабильную изменяющуюся структуру.
Традиционные методы исследования не в состоянии освоить новые правовые реалии, в частности, проблему расхождения юридической науки и юридической практики. Во все большее противоречие с принципами права приходит современное правоприменение.
Именно факты современной эпохи (отрыв юридической науки от юридической практики) настоятельно требуют новой методологии для юридической науки. Использования новейших достижений философских наук, в том числе философской антропологии, философии культуры, философии права, сравнительного правоведения, социологии, культурологии, современных IT-технологий, социальных и экосоциальных технологий. Разработка новой методологии юридической науки является актуальной задачей для современных исследователей теории права и практики правоприменения.
Положительной тенденцией в юриспруденции является то обстоятельство, что стали появляться новые труды по философии права. Они постепенно, неуклонно обретают «право гражданства» в системе юридических наук, а со стороны широкой юридической общественности осознаются действительным средством преодоления юридического догматизма и позитивизма, методологической базой познания права, всех отраслей юридической науки.
По классификации, принятой в новейшей философии права, выделяют формальное, неформальное и информальное право [1,2,3, 10-16].
Формальное, неформальное и информальное право
С точки зрения В.К. Бабаева, для того, чтобы уяснить суть права и его признаки, уместно сохранить старую, хорошо разработанную в дореволюционной юриспруденции идею деления права на позитивное и естественное. «Естественное право, - утверждает В.К. Бабаев, - представляет собой совокупность идеальных, глубоко нравственных и в высшей степени справедливых представлений о праве... Позитивное право - это право, которое выражено в принятых государством нормах, законодательстве, а также в других источниках права». Эту позицию В.К. Бабаев отстаивает и в более поздних своих работах [32].
Владимир Константинович Бабаев
Владимир Константинович Бабаев, профессор, доктор юридических наук, заслуженный деятель науки Российской Федерации, генерал-майор милиции, почетный сотрудник МВД России, лауреат международной премии «Фемида», почетный гражданинин Нижегородской области, действительный член РАН.
Протасов Валерий Николаевич
Валерий Николаевич является является доктором юридических наук, профессором. Автор ряда научных статей, монографий, учебных и учебно-методических пособий по общей теории права и теории государства.
Лон Фуллер [5] определил право как «институт принуждения поведения человека власти правил».
Лон Льюис Фуллер — выдающийся философ права, автор «Морали права» (1964). Фуллер в течение длительного времени был профессором права Гарвардского университета, в американском праве он известен своим творчеством в области договорного права. Его дискуссия с Г.Л.А. Хартом в Harvard Law Review (Т. 71) была чрезвычайно важной для оформления современных противоречий между правовым позитивизмом и естественным правом. Фуллер существенно повлиял на Рональда Дворкина, который в то время был студентом юридического факультета Гарвардского университета.
Лон Льюис Фуллер
Т. Парсонс полагает, что правовая связь субъектов обусловлена приоритетом культурных ценностей. «Началом» права являются не просто притязания, даже понимаемые как социальные ожидания, а идентифицированные социокультурные притязания. Для возникновения взаимосвязи между субъектами как «суммы взаимностей» каждый из субъектов должен соотнести свои ценности с ценностями другого, только так, считает Т. Парсонс, идентифицированные притязания приобретают качество и статус право притязаний [28, 29].
Тэлкотт Парсонс
Тэлкотт Парсонс — представитель американской социологической теории, глава школы структурного функционализма, один из создателей современной теоретической социологии.
Формальное право состоит из законов, кодексов, нормативных и ненормативных актов, правительственных организаций, регулирующих отношения людей и организаций, контролирующих их поведение [1].
Понятие «право» является абстрактным, существующим в сознании людей и ассоциирующимся в мышлении с понятиями «правда» и «правила поведения», которые обеспечены приучением, контролем, наказанием и поощрением со стороны общества и правительства.
Существование формального права поддерживается законами, кодексами, решениями судов и другими органами государственной власти.
Источники формального права — это акты органов государства, устанавливающие или санкционирующие (признающие) правовые нормы.
Виды источников права:
1. Правовой обычай: исторически сложившееся путем многократного повторения правило поведения, санкционированное государством в качестве общеобязательного правила (социальный инстинкт, нужный государству для поддержания собственной стабильности).
2. Юридический прецедент: конкретное решение по определенному делу судебного или административного органа, которое становится обязательным при решении аналогичных дел в будущем. Юридический прецедент производится по согласованию с государством, которому понадобился новый социальный инстинкт (правило поведения людей) для стабилизации власти.
3. Нормативный акт: документ, принимаемый специально уполномоченным органом государства, который устанавливает, изменяет или отменяет правовые нормы. Отличается от правового обычая тем, что с помощью нормативного акта происходит установление конкретного порядка осуществления действий людей, необходимых государству и обществу. Необходим для регулирования соотношения старых (ненужных) социальных инстинктов и новых (нужных) правил поведения людей.
4. Нормативный договор: двустороннее или многостороннее соглашение субъектов права, содержащее правовые нормы, обязательные для исполнения субъектами, имеющими разные правовые обычаи и культуру.
Избыточная формализация общественной жизни приводит к тому, что право утрачивает один из главных своих признаков - социальную значимость. Из-за чрезмерной формализации социально-правовой действительности и отсутствие юридическо-педагогического обеспечения закрепления новой нормы поведения, усугубляется противоречие между генерацией новых правовых норм и реальным поведением субъектов.
Многоаспектный анализ утраты социальной значимости формального права указывает на то, что практика применения формального права не отвечает запросам общества, отрицательно влияет на стабильность общественных отношений и правопорядок. Но есть и положительные моменты в эволюции правоведения. Постепенно, но настойчиво формируется осознание разрыва теории права и практики правоприменения и запрос государства и общества на преодоление этого разрыва.
Неформальное право состоит из традиций, обычаев, нравственных правил и привычек поведения, неправительственных организаций и структур, регулирующих отношения людей и организаций, и также как и формальное право, контролирующих их поведение [2].
Понятие «неформальное право» является абстрактным, и ассоциирующимся в мышлении с понятиями «правда», «справедливость», «совесть», «мораль», «нравственность», «правила поведения», которые обеспечены приучением, контролем, наказанием и поощрением со стороны общества и социальных институтов (семья, культура, образование, наука, экономика, право, безопасность, медицина).
Существование неформального права поддерживается представлениями, рассуждениями людей о правде, справедливости, совести, нравственности. Вместе с тем в неформальное право входят биологически обусловленные инстинкты человека, направленные на обеспечение пищей, размножением и доминированием. Неформальное право поддерживается традициями, обычаями, верованиями, культами людей, решениями групп, от которых зависит конкретный человек и его поведение. Это право поддерживается и другими группами, находящимися в борьбе за пищу, размножение и доминирование.
Источники неформального права — обычаи, традиции, верования, убеждения доминирующих групп в обществе и государстве, устанавливающие и поддерживающие реальные нормы поведения (например, «двойные стандарты»: говорим одно, делаем другое; или «единые стандарты»: что говорим, то и делаем).
Виды источников неформального права:
1. Реальный обычай поведения: исторически сложившееся путем многократного повторения правило поведения, повторяющееся и закрепляющееся в виде социального инстинкта (передается от поколения к поколению негенетическим путем). Это социальный инстинкт, нужный одному поколению людей для передачи другому поколению в целях обеспечения устойчивой добычи пищи, размножения и доминирования.
2. Гениальный прецедент: необычный социальный поступок для группы людей, который позволяет решить их проблемы, но трудно копируется и ему сложно подражать, так как он выходит за пределы традиционных биологически детерминированных стандартов поведения, направленных на добычу пищи, размножение и доминирование.
3. Ненормативный акт: отношения людей к себе, другим и среде обитания, речь, эмоции, текст, аудио-видео контент, суждения, рассуждения людей, слухи и домыслы, которые устанавливают, изменяют или запрещают (затормаживают) тот или иной поступок, поведенческий акт. Необходим для регулирования воспроизводства социальных инстинктов.
4. Сговор: не публичное двустороннее или многостороннее соглашение субъектов, направленное на произвольное распределение общественных и государственных ресурсов для удовлетворения собственных нужд в более качественном питании, размножении и доминировании.
В правовом регулировании всегда участвовали источники неформального права, которые реально отражают складывающиеся в мировом сообществе социальные отношения. Эти отношения в разной степени находят свое отражение в формальном праве и закрепляются в сознании участников правоотношений.
Наш обзор юридической практики показывает, что можно признать в качестве источников неформального права обычай и договор, не санкционированные государством, которые играют важную роль в правовом регулировании, связывая право с жизнью.
Информальное право основано на практическом использовании дискурсивно-оценочного метода, основного метода субъектологии [16].
Субъектология как наука является системой знаний, получаемых исследователями, занятыми изучением конкретного субъекта, применяя к его познанию дискурсивно-оценочный метод и метод естественных тестов. Она включает в себя качественно различные элементы. Ее составляющими являются:
области научного знания (естествознание, нелинейная логика, ризоморфный анализ, социально-гуманитарные науки);
единицы знания (индексы по различным оценочным шкалам, применяемым для познания конкретного субъекта и его связей с другими субъектами и участие в группах, влияние группы на субъекта, и влияние субъекта на группы);
уровни научного знания, входящие в отдельные дисциплины (эмпирические, теоретические);
виды научного знания (оценка фрагментов поведения субъекта другими по различным шкалам, дискурсивно - оценочное индексирование субъекта);
маркетинг субъекта (как он себя продает на рынке, и чем он реально полезен покупателям).
Все элементы научного знания имеют связь между собой. Они соединены сложной сетью нелинейных логических и ризоморфных отношений и взаимосвязей [16].
Субъектология характеризуется наличием познавательной деятельности по исследованию конкретного субъекта и его включенности, влияния и подверженности самого влиянию групп. Она включает:
создание и запуск в работу информационных концентраторов;
запуск субъекта в дискурсивно-оценочный процесс;
идентификация и оценивание конкретных фрагментов поведения субъекта по отношению к себе, другим, среде обитания;
индексирование субъекта по различному набору шкал.
Являясь познавательной деятельностью, субъектология, характеризуется рефлективностью. Она осуществляется через применение метода естественных тестов и дискурсивно-оценочного метода. МЕТ и ДОМ направлены на получение и обоснование максимально объективного, истинного и полезного знания о конкретном субъекте.
Дискурсивно-оценочный метод (ДОМ) основан на создании специальной сетевой конструкции (социально-оценочной сети, дискурсивно-оценочной сети, информационно-коммуникационного оценочного ресурса), позволяющей осуществлять направленный сетевой дискурс и массовую этико-правовую оценку в режиме реального времени, оперативно визуализировать вред (угрозу), исходящую от социального субъекта.
Такая «подсветка» позволяет мобильным группам сетевых активистов (социально активных граждан) оказать точное гуманное влияние на социального субъекта, и предотвратить наносимый им вред (разрушить представляемую им угрозу).
Метод естественных тестов (МЕТ) – это способ обобщения данных, получаемых визуальными средствами контроля, позволяющий совершить переход от фиксации и оценки поведенческих факторов к суждениям в терминах психических и социально-психологических свойств личности [40].
Тестовые задания метода естественных тестов представляют собой набор ситуаций из повседневной жизнедеятельности, в которых оцениваемый человек непринужденно демонстрирует диагностически существенные образы своего выразительного поведения.
Возможность разработки конкретных методик практической психодиагностики на основе метода естественных тестов в конце XX века определялась практическими потребностями изучения личности в закрытых системах (в армии, силовых структурах, правительстве).
В 1990-годах практика применения метода естественных тестов показала, что для достижения приемлемых для диагностики показателей должны использоваться необходимые оценочные шкалы и непротиворечивые алгоритмы оценивания.
Проверенный временем опыт СССР в области разработки естественных тестов взят Китаем для мобилизации собственного населения в качестве национального способа цифрового контроля.
Китай начинает с 2016 года осуществлять массовое тестирование своей версии реализации метода естественных тестов. В этой системе задействованы не только приложения и сервисы интернета, но и «умные видеокамеры», оснащенные системами распознавания, формирующие единое кибер-пространство Китая.
Данные, получаемые методом естественных тестов, должны обсуждаться, и оцениваться в ходе дискурсивно-оценочных практик. Тогда возможны качественные данные для принятия решений по всем вопросам жизнедеятельности. Недостаток применения метода естественных тестов в том, что он хорошо применим для закрытых социальных организаций (армия, служба безопасности, полиция, суд, прокуратура, образовательное учреждение). Однако для открытых систем (частные организации, общественные структуры, участники экономики, культуры, науки, образования, торговли, гражданского общества) его недостаточно. Это может привести к феномену «электронного концентрационного лагеря», нарушению прав и свобод человека. При распознании безнравственного поступка всегда важно дать человеку оправдаться, понять, кто его заставил это поступок совершить? Нужна дискуссия с оцененным человеком, применение дискурсивно-оценочной процедуры для получения новых оценок его поведения со стороны привлеченных специалистов и экспертов [16].
Все элементы научно-познавательной деятельности субъектологии имеют внутреннюю связь между собой, они замыкаются друг на друга, направлены на реализацию практических задач коррекции самооценки и поведения конкретного социального субъекта.
Рассматривая субъектологию как социальный институт, ее можно охарактеризовать как:
множество граждан и организаций, познающих других субъектов и принимающих решение на взаимодействие с ними, коррекцию их поведения;
социально-оценочные, дискурсивно-оценочные социальные сети, сети влияния;
способы влияния на конкретных субъектов.
Слабость и беспомощность человека проистекают от того, что он не полностью понимает себя и окружающий мир, поэтому опасается ошибок, впадает в социальный паралич – недеяние. Познание себя и других даёт силы, так как становиться понятным, что делать, на кого и как влиять, как мотивировать себя на созидательное изменение действительности, установление справедливости, процветание.
Ценности, которые регулируют функционирование субъектологии как социального института: не вредить себе, другим и среде обитания ни мыслью, ни словом, ни делом; созидать для себя, других и среды обитания мыслью, словом и делом.
Методологические и общетеоретические основы субъектологии связаны с практическим применением метода естественных тестов и дискурсивно-оценочного метода к изучению конкретного субъекта.
Получаемый от познания конкретного субъекта комплекс научного знания подпитывает правоприменительную практику. Юрист-исследователь использует методологию ДОМ и МЕТ, нравственное мировоззрение, специфически преломляя их применительно к своим проблемам познания и преобразования действительности, создаваемой конкретными субъектами.
В ходе практической работы формируется обобщенная характеристика предмета исследования, включающая в себя представления:
1) об индексах социальных субъектов, которые исчисляются посредством применения различного рода оценочных шкал (шкалы вреда, должного поведения, профессионального соответствия, полезности, и так далее), по которым происходит прямая онлайн-оценка групп и масс других субъектов;
2) о степени вреда (нравственности) изучаемых субъектов и объектов;
3) об особенностях их взаимодействия, вхождения в группы, влияния на группы и влияния групп на субъектов;
4) о пространственно-временной структуре субъективной реальности, получаемой на основе динамических характеристик изменения индексов онлайн-оценок субъекта по различным шкалам.
Субъектология как научная основа информальной юстиции прямо и непосредственно выходит на правоприменительную практику. Каждый юрист, сотрудник правоохранительного органа, судья могут исследовать участника гражданского, арбитражного и уголовного дела, применяя различные методики дискурсивно-оценочного анализа конкретного субъекта и его жизненного пути, историю соблюдения (нарушения) права и общественной нравственности.
Субъектология изучает содержание движения социального субъекта в трехмерной плоскости:
Первая плоскость: измерение меры вреда по отношению к себе;
Вторая плоскость: измерение меры вреда по отношению к другим;
Третья плоскость: измерение меры вреда по отношению к среде обитания.
В информальной юстиции используются следующие возможности субъектологии:
1. Описательная – выявление существенных свойств и отношений конкретного субъекта.
2. Оценочная – использование полученных знаний о конкретном субъекте для коррекции собственного поведения и поведения изучаемого субъекта.
3. Объяснительная – объяснение процесса становления субъекта и его движения в социальной среде в трехмерной плоскости (кому и как наносил вред: себе, соседям, среде).
4. Производственно-практическая – возможность применения полученных знаний на практике.
5. Прогностическая – возможность предвидения вреда от субъекта и игнорирования (или коррекции) его в своем жизненном пути.
6. Мировоззренческая – внесение полученных знаний в существующую картину мира.
Исследователи юристы-субъектологи, используя МЕТ и ДОМ, смогут накопить и использовать знания о конкретных субъектах, которые позволяют развивать теорию формального, неформального и информального права, корректировать правоприменение к конкретному субъекту.
Если человек хорошо изучен во всей совокупности его социальных связей и отношений, личностных качеств и характера, то по нему можно легко принять справедливое и объективное правовое решение.
Понятия «информальное право», «информальная юстиция» предложены рядом российских ученых [1, 2, 3]. Они являются абстрактными, и ассоциируются в мышлении людей с такими понятиями понятиям «глас народа – глас Божий», «дискурс власти», «властный дискурс». Если массовая этическая оценка субъекта свидетельствует о его неправильном поведении, это поведение неминуемо будет скорректировано.
«Властный дискурс» всегда предписывает то или иное поведение.
«Дискурс власти» может корректировать акты формального права. Например, высказал свое мнение представитель органа власти, и после этого выступления начинают корректироваться формальные правовые акты, радикально изменяются конкретные правоприменительные решения. Например, только что принято решение о лишении свободы по отношению к тому или иному субъекту. После дискурса власти его тут же отпускают на волю.
Существование информального права поддерживается представлениями, рассуждениями людей о других людях и страхе стать объектом «ужасного шепота дискурса» (объектом общественного обсуждения и осуждения). Также существенным является страх стать объектом обсуждения и осуждения лиц из органов государственной власти («Властный дискурс»).
Информальное право может существенным образом может изменять формальное право. Например, принятие поправок, по мнению Патрушева Н.П., в Конституцию Российской Федерации открывает новую страницу в истории Российского государства.
Изменения, нацеленные на защиту базовых семейных ценностей, исторической правды, усиление духовного и нравственного воспитания, поддержку и охрану государством культуры как уникального наследия многонационального российского народа, укрепление основ социального государства, - важнейшее событие, имеющее огромное значение для определения целей и дальнейших путей развития нашей страны [6]. Это важное замечание Николая Платоновича Патрушева приведет к реальной корректировке законодательства Российской Федерации.
Информальное право, основанное на воле различных представителей органов государственного управления (для бюрократических культур) или на мнении граждан (для демократических культур), или на мнении участников делового оборота и финансов, может быстро и эффективно регулировать поведение всех субъектов формального и неформального права. Это право ризоморфно, неустойчиво по своим источникам, процессу и результату. Здесь крайне важна постоянная научно-исследовательская работа по изучению поведения субъектов, на которых оказало воздействие информальное правовое событие («ужасный шепот дискурса», «властный дискурс») [7].
Информальное право непосредственно задействует биологически обусловленные инстинкты человека, направленные на обеспечение безопасности (страх) и рефлекторное оценивание обстановки (распознание угроз и вреда), в том числе и быстрый обмен оценками в ходе общения, что корректирует поведение как участников обсуждения и оценивания, так и самого объекта обсуждения и оценивания. Оценки, возникающие в ходе дискурсивно-оценочного процесса, сами могут становиться источниками неформального и формального права.
Источники информального права — оценки, рассуждения и обсуждения в структурах высшей государственной и финансовой власти, дискурсивно-оценочных средах (социально-оценочных сетях), которые корректируют поведенческие практики граждан и организаций.
Виды источников информального права:
1. Оценки и дискурс руководителей государственных и финансовых структур.
2. Обратные социальные связи, изучаемые и используемые при вынесении оценок и осуществлении дискурса руководителями государственных и финансовых структур.
3. Оценки и дискурс граждан: публичное двустороннее или многостороннее обсуждение и соглашение граждан, влияющее на распределение общественных и государственных ресурсов для удовлетворения собственных и общественных нужд в более качественном питании, размножении и доминировании.
4. Индексы репутации (показатели общественного доверия), возникающие из анализа отношений людей к тем или иным субъектам.
Информальное право основано на практическом использовании дискурсивно-оценочного метода.
Участие в дискурсивно-оценочных практиках (эксплуатация социальных сетей нового типа – социально-оценочные сети, дискурсивно-оценочные сети) позволяет корректировать реальное поведение граждан, делать его лучше (безвреднее для окружающих). Баланс справедливости обеспечивается технологически сетевыми структурами информального права, использующими возможности влияния дискурсивно-оценочных, социально-оценочных сетей. Эти сети обеспечат социальный отбор так, что нарушение формальных и неформальных норм поведения субъектов станет затруднительным. На этих субъектов будет оказываться такое воспитательное и правовое воздействие, которые исключит или существенного ограничит воспроизводство общественно опасного поведения [10, 11].
Преступник не сможет скрыть свои преступления, уход от наступления правовой ответственности в любой стране мира. Структуры информального права будут переводить на все языки мира информацию об отрицательном рейтинге данного субъекта и его правонарушениях, низких морально-нравственных качествах. Они будут вступать во взаимодействие с местными органами полиции и суда, чтобы те применили свое национальное право к уклонившемуся от ответственности субъекту. Также местное деловое сообщество будет информироваться о появлении на их территории субъекта, намеренно не соблюдающего договорные отношения. Распространение данной информации позволит защитить местное деловое сообщество от экономических преступлений и намеренного невыполнения договорных обязательств со стороны вновь прибывшего из другой страны лица с сомнительной деловой и нравственной репутацией [12].
Структуры информального права трансграничны. Используя дискурсивно-оценочные сети, они будут отслеживать передвижение преступника, правонарушителя, и преследовать его по всему миру, информируя граждан, полицию, судебных экспертов, правительства разных стран об угрожающем движении в их сторону недобросовестного участника делового оборота (потенциального преступника). Они предупреждают, сигнализируют другим о появлении преступника в той или иной точке земного шара, в том или ином государстве [13].
Структуры информального права фактически автономны. Они самостоятельно могут принимать решение на наказание преступника, которого не удержали в нарушении законов структуры формального и неформального права. Преступник не может найти укрытия от преследования структур информального права (дискурсивно-оценочная, социально-оценочная сеть) ни в одной точке земного шара.
Структуры информального права эффективно дополняют организации формального и неформального права. «Ужасный шепот дискурса» пугает преступника. Он боится общего обсуждения и морального осуждения, которые ведут к утрате репутации и последующему запуску работы организаций формального права (расследование, осуждение и наказание). У преступника возникает чувство вины, наступает раскаяние («зачем же я это сделал») [14].
Структуры информального права станут практическим этическим регулятором поведения, который сделает работу структур неформального и формального права более эффективной и гуманной, справедливой. На их основе можно осуществить модернизацию существующих пенитенциарных систем [15].
Организации информального права используют структуры формального и неформального права для организации дискурсивных практик и массового оценивания, что укрепляет всех участников гражданского, арбитражного и уголовного процессов, задает нравственный вектор общественному обсуждению и оцениванию. Осуществляется дополнение формального, неформального права информальным правом - информальной юстицией [16].
Использование в юридической науке дискурсивно-оценочного метода приведет к балансу теоретических конструкций юридической науки, прав человека и обычаев, традиций социально-культурной общности. «Война всех против всех» перейдет в более гуманную плоскость дискурсивно-оценочных процедур, в ходе которых несовершенные в правовом отношении субъекты (совершенных просто нет) будут улучшать других, более несовершенных субъектов, и таким образом улучшать собственную культуру правового поведения.
Жизнь организованного общества и государства предполагает согласование прав и интересов на основе их взаимного ограничения, отвечающего потребности сосуществования. Ставить свое право выше права части или всего общества - признак антиобщественной позиции. Права и законные интересы граждан должны быть гарантированы государством, но не в ущерб интересам других людей, объединений и всего общества. Баланс прав личности, общества и государства обеспечивается дискурсивно-оценочными процедурами, реализуется в дискурсивно-оценочных социальных сетях. Эти сети позволяют отражать обратные социальные связи, отношения людей к тем или иным субъектам права. Очевидно имеет место следующий факт: часто опытный нарушитель права уклоняется от правосудия. Однако его могут пометить как «серийного мошенника» в социально-оценочных сетях, и тогда такой субъект прекратит серийные мошенничества, что очень важно для сохранения стабильности, хорошей нравственно-правовой атмосферы в любой стране мира. На информацию о «серийном мошеннике» обратят внимание судебные эксперты, судьи, следователи, лица, принимающие экономические и финансовые решения. Они вынесут необходимые, своевременные и справедливые решения.
Часто таким «серийным мошенником», «серийным убийцей» выступает социопат (лицо, у которого на биологическом, психологическом и социально-психологическом уровне отсутствует чувство нравственной нормы, правила поведения, закона). Социопат не испытывает сострадания к другим людям, лишён совести.
Он в ходе своего развития по разным причинам не смог скопировать, усвоить полезные для общества социальные инстинкты, привычки поведения. Этот недостаток компенсирован у социопата развитыми способностями обманывать, злоупотреблять доверием граждан, брать и не выполнять договорные обязательства [30].
Юридическая наука, впитывая в себя результаты исследований по информальному праву, получит новый импульс своего развития. Конфликт между нормами и действительностью, правовыми программами и характером их реализации привел к неуверенности в правдивости, честности, нравственности субъектов формального права (судебная, законодательная, исполнительная власти, ученые-юристы, юристы-педагоги, адвокаты и юристы). Информальная юстиция обладает позитивным потенциалом естественного разрешения этого конфликта.
Выводы
1. Информальная юстиция помогает существующим формальным юридическим практикам стать более эффективными, обеспечивать более справедливые решения. Использование идеи информального права, информальной юстиции, является перспективным направлением для совершенствования теории права и правоприменения во всех государствах мира. Человек не осознает, что он подвергается непрерывному социальному отбору. Его доступ к пище, размножению и доминированию постоянно меняется, зависит от результатов оценки его социальных действий другими субъектами. Мы впервые в истории человечества можем повлиять на сам процесс социального отбора в гуманную сторону, исключить летальные, кровавые, криминальные, явления из истории последующего развития нашей цивилизации.
2. Информальная юстиция - совокупность участников (правительственных, неправительственных правовых и иных организаций, экспертов и граждан), рассматривающих, обсуждающих и оценивающих субъектов нарушения права и нравственности.
3. Основной метод информальной юстиции - дискурсивно-оценочный метод. Научная основа информальной юстиции – субъектология. Задача информальной юстиции - восстановление баланса справедливости для потерпевшего гражданина (организации).
4. Оценка доказательств при осуществлении гражданского, арбитражного и уголовного процессов - это сложная процессуальная и одновременно мыслительная деятельность судов, а также участвующих в деле лиц, имеющая место на всех стадиях процесса. В результате оценки доказательства с точки зрения его соответствия принципу допустимости, прежде всего его процессуальным критериям, делается вывод о наличии или отсутствии у доказательства юридической силы. Важнейшим принципом процессуального доказывания является свободная оценка доказательств и учет данных, получаемых от источников формального, неформального и информального права.
5. Теоретические положения юридической науки будут более согласованы с правоприменением при использовании каждым юристом научно-практических рекомендаций по применению основных положений информальной юстиции в гражданском, арбитражном и уголовном процессах. Это позволит не допустить в ходе разрешения дел очевидной несправедливости, характерной для ситуаций разрыва теоретических положений юридической науки, формального права с практикой правоприменения.
Источники
4. Кузнецов Д. А. Концепция «поведения закона» Дональда Блэка: рождение чистой социологии из духа криминальной статистики // Социология власти. – М., 2015. № 2.
5. Фуллер Лон Л. Мораль права. М., издательство ИРИСЭН, 2007.
6. Патрушев Н.П. Нужны ли России "универсальные" ценности? Духовно-нравственные ценности общества как основа суверенитета государства / Российская газета - Федеральный выпуск № 132 (8186).
7. Дискурсивно-оценочный подход как нравственный компас общества
http://ast.social/660-2017-03-22-13-14-48.html
8. Мальцев Г.В. Культурные традиции права. - М.: НОРМА:ИНФРА-М, 2013.
9. The Discursive Ethics of Professor Chigirev V.A. and the problem of transhumanism
https://www.ast.social/687-the-discursive-ethics-of-professor-chigirev-v-a-and-the-problem-of-transhumanism.html
10. The doctrine of non-lethal war is confirmed by the crisis of the planetary ecosystem
https://www.ast.social/686-the-doctrine-of-non-lethal-war-is-confirmed-by-the-crisis-of-the-planetary-ecosystem.html
https://www.ast.social/685-environmental-imperative.html
12. Prevention of social disasters: Discursive-judgmental Method
https://www.ast.social/684-prevention-of-social-disasters-discursive-judgmental-method.html
13. Grim Today and a Brighter Tomorrow: Ecosocial Technologies
http://www.ast.social/682-grim-today-and-a-brighter-tomorrow-ecosocial-technologies.html
14. 2020 – The International Year of Eco-behavior and Eco-management
http://www.ast.social/681-2020-the-international-year-of-eco-behavior-and-eco-management.html
15. Global security technology - a society of continuous referendum
http://www.ast.social/680-global-security-technology-a-society-of-continuous-referendum.html
16. Субъектоведение как новое научное направление и практическая наука XXI века - субъектология
http://www.ast.social/679-sub-ektovedenie-kak-novoe-nauchnoe-napravlenie-i-prakticheskaya-nauka-xxi-veka-sub-ektologiya.html
17. Харт Г.Л.А. Понятие права / Пер. с англ.; под общ. ред. Е.В. Афонасина и С.В. Моисеева. СПб.: Изд-во Санкт-Петербургского университета, 2007.
18. Lanfranchi E. Un filosofo militante. Politica e cultura nel pensiero di Norberto Bobbio. Torino: Bollati Boringhieri, 1989
19. Cotroneo G. Tra filosofia e politica. Un dialogo con Norberto Bobbio. Soveria Mannelli: Rubbettino, 1998.
20. Greco T. Norberto Bobbio. Un itinerario intellettuale tra filosofia e politica. Roma: Donzelli, 2000.
21. Preve C. Le contraddizioni di Norberto Bobbio. Per una critica del bobbianesimo cerimoniale. Pistoia: CRT, 2004.
22. Zagrebelsky G., Salvadori M., Guastini R. Norberto Bobbio tra diritto e politica. Roma: Laterza, 2005.
23. Roberto G. Tra liberaldemocrazia e socialismo. Saggi sul pensiero politico di Norberto Bobbio. Pisa: Plus, 2006.
24. L'opera di Norbero Bobbio. Itinerari di lettura/ Valentina Paze (a cura di). Milano: Franco Angeli, 2005.
25. Omaggio a Norbero Bobbio (1909-2004). Metodo, linguaggio, Scienza del diritto/ Antonio Punzi (a cura di). Milano: Giuffre, 2007.
25. Боас Ф. История и наука в антропологии: ответ / Пер. Ю.С. Терентьева // Антология исследований культуры. СПб.: Университетская книга, 1997. Т.1.
26. Платон. Собр. соч. в 3-х томах. Том 1. М.: "Мысль", 1968.
27. Уваров П.Ю. Роскошь феодализма (взгляд из всемирной истории)
https://www.youtube.com/watch?v=6dOc-Z6nnpk
28. Talcott Parsons on institutions and social evolution: selected writings / Leon H Mayhew, ed. Chicago: University of Chicago Press, 1982.
29. Readings from Talcott Parsons / Peter Hamilton, ed. London: Tavistock Publications, 1983.
30. Социопатия
http://iki.ast.social/menu-news/3-sotsiopatiya.html
31. Протасов В.Н. Теория государства и права: учебник и практикум для академического бакалавриата / В. Н. Протасов. — М.: Издательство Юрайт, 2015.
32. Бабаев В.К. Теория права и государства. – Москва, 2006.
33. Прудников М.Н. История государства и права зарубежных стран: учебник для бакалавров / М. Н. Прудников. — 6-е изд., перераб. и доп. — М.: Издательство Юрайт; ИД Юрайт, 2013.
34. Н. Иванишевъ. О древнихъ сельскихъ общинахъ въ Югозападной Россіи / Изданіе Кіевской Археографической Коммиссіи. — К.: В тип. Федорова и Мин., 1863.
35. Сильванский Н.П. Феодализм в древней Руси / Н.П. Сильванский. - Санкт-Петербург: Брокгауз-Ефрон, 1907.
36. Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Т. 33. – М., 1975.
37. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 4. – М., 1955.
38. Путин В.В. Послание Президента РФ Федеральному собранию РФ от 15 мая 2020 года. – М., 2020
39. Путин В.В. Новые нормы Конституции должны получить развитие в каждом регионе РФ / Российская газета. 09.07.2020.
40. Чигирев В.А., Селегень В.П., Крюков М.П. Теоретические основы и методы совершенствования управления подготовкой военных специалистов. Концепция локальной системы непрерывной подготовки кадров / Под ред. А.И. Захарова и В.А. Чигирева. - Министерство обороны СССР, 1990.
УДК 340.132
ББК 67.7
М1
Маклашов Владислав Вячеславович
Маклашов В.В. Теоретические аспекты информальной юстиции. – СПб., Юридический институт, 2020.